June 15th, 2013

измайлово

Впечатление

"Носороги" Ионеско в постановке Демарси-Мота - спектакль, оказывается, еще 2004 года. А ощущение, что вот сейчас поставили.
Ну про что написана пьеса "Носороги", все, наверно, в курсе. Один за другим люди становятся носорогами, и в конце только главный герой Беранже остается человеком.
Написано в конце 50-х, антифашистская пьеса.
Но сейчас носороги, уничтожающие привычную Бернаже среду обитания самим фактом появления - это кто?
Если фашисты - понятно, на чьей стороне наши симпатии.
А если наоборот?
Если фашисты те, кто при появлении носорогов первым делом хочет выяснить - азиатские они или африканские? Кто хочет знать: "Откуда они понаехали, эти носороги"?
Уж не страх ли это перед исламом с его "энергией" и "толстой зеленой кожей"?
А страх вырождения рода человеческого в принципе и то, что Беранже считает себя и Дэзи последней "нормальной" парой в стране, а свою страну теперь - источником заразы для мира... Не размышления ли это француза-гомофоба относительно однополых браков?
Режиссер умышленно скрывает, кого он "имеет в виду" - и в результате такая ясная пьеса Ионеско совершенно неожиданным образом становится территорией спора, ты начинаешь вслушиваться в каждое слово.
Замечательный главный герой: последний на земле антифашист или ультраправый, готовящийся к самоубийству в Нотр-Дам-де-Пари?
Без договоренности о том, кто "носорог", а кто "нормальный человек" - становится невозможно определиться с симпатиями. А договоренности невозможны. Одни дадут один ответ, другие другой.
Герой и сам говорит: "если я хочу спасти их, я должен говорить с ними. Но на каком языке нам говорить: на моем или на их?"
У каждого-то свой язык, свой мир и свое видение угроз этому миру.
... А ведь такой внешне неброский спектакль, говорят текст Ионеско и говорят, я даже уснул поначалу от усталости.
Но сейчас вместо сна всё думаю и думаю и не могу остановиться и кажется, мне, как доктору Стокману, что "очень важно додумать до конца свою мысль", потому что там в конце должно быть что-то значительное и разрешающее, как дождь после душного московского вечера.
А всё благодаря спектаклю Демарси-Мота и его актерам. И Чеховскому фестивалю)
Театр может многое значить.